Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

berlin

Премия национальной газеты «Музыкальное обозрение» // 28 февраля 2020 года

Ольга Любимова


События и персоны. Премия национальной газеты «Музыкальное обозрение». Итоги 2019 года

«Музыкальное обозрение» объявляет итоги 2019 года. События и персоны. Премия национальной газеты «Музыкальное обозрение».

Спектакли. Фестивали. Книги. Исполнители. Композиторы. Музыковеды. Критики. Проекты. Премия существует с 1995.

<...>

книга года
Владимир Сорокин
Триумф Времени и Бесчувствия: Сборник либретто

«Дети Розенталя», «Сны Минотавра», «Фиолетовый снег», «Триумф времени и бесчувствия»
М.: АСТ Corpus
berlin

Владимир Сорокин БЕЛЫЙ КВАДРАТ (рассказ)

Владимир Сорокин БЕЛЫЙ КВАДРАТ


Белый квадрат

Кириллу Серебренникову

Ведущий
Здравствуйте! Вас приветствует программа «Белый квадрат». Сегодня мы поговорим о России. Наша великая, фантастическая и во многом непредсказуемая страна, которая, как пелось в песне, «веками непонятна чужеземным мудрецам», закономерно продолжает вызывать вопросы не только у этих, мягко сказать, мудрецов, но и у наших соотечественников. Один мой старый приятель недавно признался, что, прожив сорок с лишним лет в России, — представляете? — так и не понял, что у нас за страна. Причем человек он православный, патриот, интеллектуал, глубоко знающий нашу историю и культуру. Речь идет вовсе не о государственном строе. Каждый школьник знает, что Россия — федеративное, демократическое государство, с президентом и парламентом. Но какой образ вызывает наша страна у нас? На что она похожа? Какие ассоциации вызывает? У каждого этот образ — свой. Уверен, что у многих эти образы совпадают. У некоторых — нет. И вовсе не только у пятой колонны. Это как раз лишний раз подтверждает ту самую загадочность России. Как раз — лишний раз! Я рифмами заговорил, вот какая важная тема у нас сегодня! Поговорим же об этом. За нашим белым квадратным столом сегодня, как и всегда, сидят четыре гостя. Многих из них вы узнали. Но у нас правило «Белого квадрата»: только имена, только профессии. Никаких званий, должностей, регалий. Итак: Ирина — муниципальный служащий, Юрий — военный, Антон — театральный режиссер, Павел — бизнесмен. Уважаемые гости программы «Белый квадрат», я задаю всем вам один вопрос: на что, по-вашему, похожа Россия? Пожалуйста!

Аплодисменты в зале.

Ирина
Ну вот, и все тут же смотрят на меня… (Смеется.)

Ведущий
Ladies first!

Ирина
Да, да. Тогда я и начну. Что ж, знаете, наверно, все-таки для меня Россия — это песня. Звучит, конечно, немного наивно, да?

Ведущий
Вовсе нет.

Collapse )
berlin

Владимир Сорокин «Триумф Времени и Бесчувствия» (2018)

http://concepture.club/common/uploads/articles_gallery/658/1533071463.jpg


Владимир Сорокин «Триумф Времени и Бесчувствия» / серия «Весь Сорокин» // Москва: «АСТ» («Corpus»), 2018, твёрдый переплёт, ??? стр., тираж: ???. экз., ISBN: 978-5-17-108520-9

В сборник вошли либретто четырех опер, написанные Владимиром Сорокиным в сотрудничестве с выдающимися композиторами. Классик русского постмодернизма, легко нарушающий границы жанров и не признающий авторитетов, демонстрирует глубокое понимание оперы и специфики музыкального театра. Стилистическая чуткость, которая не мешает автору оставаться самим собой, объединяет тексты для очень непохожих друг на друга спектаклей. Постановка “Детей Розенталя” на музыку Леонида Десятникова в Большом театре в 2005 году вызвала бурные дискуссии и получила премию “Золотая маска”; эксперимент “Снов Минотавра”, показанных в 2012 году на фестивале “Территория”, оказался слишком радикальным для широкой публики; оратория Генделя, давшая название всему сборнику, стала первой работой режиссера Константина Богомолова на музыкальной сцене, а “Фиолетовый снег” поставлен на сцене Берлинского оперного театра. Либретто, написанные Сорокиным, открывают с неожиданной стороны не только творчество писателя, но и современную оперу.
berlin

Владимир Сорокин (интервью) // "Огонёк", №30, 13 августа 2018 года

http://concepture.club/common/uploads/articles_gallery/658/1533071463.jpg


«Мы не отслоились от советского мира»

О новых формах работы с пространством и временем Владимир Сорокин рассказал Андрею Архангельскому.

В августе в издательстве Corpus выходит новый сборник рассказов Владимира Сорокина «Белый квадрат». Писатель рассказал «Огоньку» о распадающемся новом времени и попытках удержать его с помощью слова

Новый сборник рассказов Владимира Сорокина «Белый квадрат» можно читать как части одной пьесы или рассматривать как сюжеты бесконечного телешоу. Одни рассказы перемещают нас в прошлое, другие — в недалекое будущее; они схожи видимым равнодушием героев к происходящему и одновременно ощущением неясной, но нарастающей тревоги. К привычному набору героев — телеведущих, обывателей, чекистов-мистиков, золотой молодежи и высшему классу чиновничества — присоединяется теперь еще и чей-то пророческий голос, что весьма неожиданно для Сорокина. Самая короткая рецензия на сборник звучала бы так: «Несколько раз сойти с ума и вернуться». Это странствие по обыкновенности русского ужаса, в котором граница между благостью и нечеловеческой жестокостью почти незаметна. Само пространство тут, кажется, жесточит (по аналогии со словом «кровоточит»). «Огонек» поговорил с писателем о новых формах работы с пространством и временем.


— Первый рассказ сборника, «Красная пирамида», почему-то особенно завораживает. Может быть, оттого, что главный герой — советский журналист 1970-х годов и он работает в том числе и в «Огоньке». Однажды в юности он проехал по ошибке нужную остановку, вышел не на той станции — и вся его жизнь сложилась иначе. И хотя он знал, что были и другие варианты, предпочитал делать вид, что путь был только один. И только в последний миг жизни он понимает это. У вас была «Метель» — вещь, в которой, как вы сами говорили, вам хотелось главным героем сделать пространство. А в этом рассказе главный герой, выходит, само время?..

— Да, что-то вроде эксперимента маляра с коллайдером, пока физики отлучились… Мне хотелось, чтобы рано или поздно вся жизнь героя как бы сжалась до уровня… знаете, как бы сосредоточилась на кончике иглы или на одной фразе, что ли. В этом и есть мистика нашей жизни. Кажется, что наша жизнь — огромная вещь, материк неохватный, а она вдруг, как бумага, может сжаться, скомкаться в один момент, перед смертью или в критические секунды.

— Жизнь в рассказе ужалась до словосочетания «красный рев». Что-то неожиданное, булгаковское появляется в интонации…

— Ну я сейчас не буду говорить о внутренней конструкции этой пирамиды, иначе мы перейдем в область профанного. Если получился мистический рассказ — прекрасно. Это приятная неожиданность. Предсказуемые вещи делать не хочется. Этот рассказ, собственно, и по языку совсем другой. Он написан языком советской прозы 1950-х. Чтобы совпасть со временем.

— Да, еще поэтому он завораживает. Поскольку там речь о детях советской элиты, я вот о чем хотел спросить: вы в юности принадлежали совсем к другому кругу общения. Откуда вы знали, к примеру, как живут молодые коммунисты или, там, руководители советского производства — герои ваших первых произведений, начиная с «Тридцатой любови Марины»? Каким образом вы с ними пересекались?

— Слушайте, Андрей, во-первых, они рядом с нами жили. Я тогда проживал в Ясенево, на краю Москвы, в доме Академии наук. И там в основном были молодые семьи. Помимо ученых был также и молодой начальник цеха завода. И, собственно, мы общались, выпивали иногда даже вместе, хотя это, в общем, не моя была компания. Я был в андерграунде, а они были такие… советские ребята. Но в основном интеллигенты. Кто-то из них делал научную карьеру, кто-то заводскую. Ну и потом: я окончил Губкинский институт, и мои однокурсники также стали советскими инженерами. Я знал и завод советский, потому что немного работал там, и советскую деревню, потому что ездил к дедушке-леснику. И подворотню, потому что пять лет прожил в рабочем поселке. В общем, я не жил в библиотеке, как вы понимаете, у меня был богатый материал. А потом я год проработал в журнале «Смена». Я знал хорошо и эту советскую журналистскую среду. Это был, конечно, богатейший материал для описания.

— Но тогда-то вы этого не знали, что это богатейший материал… Откуда вам было знать, что они станут вашими героями?

Collapse )
berlin

"Триумф Времени и Бесчувствия": кавер-версия либретто Владимир Сорокин




Триумф Времени и Бесчувствия

Продолжительность: 3 часа 20 минут (один антракт)
Дата премьеры: 17 мая 2018 года
Язык исполнения: итальянский
ДЛЯ ЗРИТЕЛЕЙ СТАРШЕ 18 ЛЕТ


Композитор Георг Фридрих Гендель
Либретто Бенедетто Памфили
Музыкальный руководитель и дирижер-постановщик Филипп Чижевский
Режиссер-постановщик Константин Богомолов
Художник-постановщик Лариса Ломакина
Художник по костюмам Александр Терехов
Художник по свету Айвар Салихов
Кавер-версия либретто Владимир Сорокин
Видеохудожник Илья Шагалов

Первое исполнение: май-июнь 1707 года, Рим

Премьера первой постановки в России: 17 мая 2018 года

Московский академический Музыкальный театр
им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко

Ансамбль Questa Musica

О спектакле

Оратория "Il trionfo del Tempo e del Disinganno" ("Триумф Времени и Бесчувствия") занимает особое место в творчестве Генделя. Это первая, и уже совершенная во всех деталях, оратория 22-летнего композитора. Она же станет и последней: спустя полвека, в 1757 году слепой Гендель надиктовал своему ученику Джону Кристоферу Смиту новую версию, переведенную на английский язык и переименованную в "Триумф Времени и Правды".

В начале XVIII века в Риме действовал папский запрет на оперные представления, что привело к расцвету жанра оратории, которая мало чем отличалась от оперы, за исключением персонажей (в основном библейских или аллегорических) и отсутствия сценического действия. Автором итальянского либретто был кардинал Бенедетто Памфили – богослов, философ и поэт, один из римских покровителей Генделя.

В наше время оратории Генделя все чаще привлекают внимание оперных театров. За последние годы постановку оратории "Il trionfo del Tempo e del Disinganno" осуществили такие известные режиссеры, как Юрген Флимм, Кшиштоф Варликовский, Каликсто Биейто. Спектакль Константина Богомолова станет российской сценической премьерой данного сочинения.

Земная Красота мимолетна и всегда соседствует с искушением. Сдаться в плен Удовольствию или послушаться голоса Времени и Бесчувствия? Спор четырех аллегорических фигур Гендель представляет как цепь роскошных арий и ансамблей разнообразных характеров и настроений.

Оратория исполняется на итальянском языке с русскими титрами (текст Владимира Сорокина в редакции Константина Богомолова).

Действующие лица и исполнители

Музыкальный руководитель и дирижер-постановщик Филипп Чижевский
Красота Филипп Матман
Удовольствие Винс И
Бесчувствие Дэвид ДиКью Ли
Время Хуан Санчо


Пресса:

Надежда Травина
Филипп Чижевский: мы делаем нетипичного Генделя
«Музыкальная жизнь», 5 мая 2018 года

Екатерина Бирюкова
Я вообще не могу сказать, что я люблю музыку
«Colta.ru», 15 мая 2018 года

Ольга Федянина
Четверо на качелях
«Коммерсант», 21 мая 2018 года

Сергей Ходнев
Не совсем скорбное бесчувствие
«Коммерсант», 21 мая 2018 года

Мария Бабалова
Ненужная победа
«Российская газета», 21 мая 2018 года

Марина Иванова
«Триумф» на грани поражения
«Известия», 22 мая 2018 года

Екатерина Бирюкова
Гробовая красота
«Сolta.ru», 22 мая 2018 года

Надежда Травина
Триумф Богомолова и правды Генделя
«Независимая газета», 23 мая 2018 года

berlin

Мария Сорокина (интервью) // "Твой Бро / Tvoybro.com", 16 октября 2017 года




Мария Сорокина: Документальное кино вскрывает проблему, и в обществе что-то меняется

Режиссёр приезжала в Калининград, чтобы представить «Вариации для рояля» на фестивале «Территория кино». «Твой Бро» поговорил с ней о трагедии равнодушия, отсылках к Чарли Чаплину в её фильме и кинодокументалистике как точке отсчета для метаморфоз в обществе.

Новый фильм Сорокиной рассказывает о проекте пианиста и композитора Петра Айду и «Музыкальной Лаборатории», созданном, чтобы сохранить старинные клавишные инструменты, которые не вписываются в современные стандарты и находятся на грани исчезновения. На экране – двое рабочих, которые спускают с 9-го этажа по узкой лестнице ненужный рояль, чтобы перевезти его в «Приют роялей». Их сменяют интервью с пианистами Московской консерватории и реставратором музыкальных инструментов и кадры с экскурсии по «Приюту», где собрано более сотни раритетных инструментов, в том числе первый рояль, сделанный в Москве в конце 19-го века.


Collapse )

— Напоследок, какой главный совет дал вам отец?

— Думаю, в первую очередь папа воспитывает меня своим примером. Он удивительно самодисциплинирован, встает каждое утро, садится за стол и работает. Это завораживает и заражает.

Беседовала Софья Сараева
berlin

Konstantin Bogomolov // "Facebook", 30 июля 2017 года

* * *

To whom it may concern...

В следующем сезоне я осуществляю в Московском Музыкальном Театре имени Станиславского и Немировича vs Данченко постановку оперы Генделя "Триумф времени...". Готовя проект, я подумал о том, чтобы попросить великого русского писателя и моего друга Владимира Сорокина написать новый перевод/версию/оригинальный текст либретто этой Оперы. Как известно, либретто "Триумфа" было написано кардиналом Памфили и являет собой спор между четырьмя абстракциями - il Tempo, il Disinganno, il Piacere e la Belezza. Либретто довольно... тухлое в литературном смысле... в противоположность великой музыке. Так вот. Моя идея нашла полное понимание театра и его руководства, за что я бесконечно благодарен. Потому как. В итоге. Владимир Сорокин написал невероятный текст. Я полагал, что будучи уникальным стилистом, Сорокин прекрасно почувствует соль и суть, я лелеял тайную литературоведческую идею, что Сорокин - новое барокко, барокко 21 века, но я не мог подумать что получу текст абсолютно конгениальный музыке Генделя. Все не напрасно. Счастлив причастностью. Это уникальный опыт. Будем надеяться и дальше все будет хорошо. Май 18-го года. Только вперёд. <...>